Top.Mail.Ru
Численность наемников в зоне карабахского конфликта приближается к 2 тысячам - Лавров | Инфотека 24

Численность наемников в зоне карабахского конфликта приближается к 2 тысячам – Лавров

Нас, конечно, беспокоит интернационализация нагорно-карабахского конфликта и привлечение боевиков с Ближнего Востока. Мы неоднократно призывали внешних игроков использовать свои возможности для пресечения переброски наемников, численность которых в зоне конфликта, по имеющимся данным, уже приближается к 2 тыс. Об этом в интервью «Коммерсанту» заявил министр иностранных дел России Сергей Лавров.

Приводим отрывок из интервью Лаврова по теме Нагорного Карабаха:

Вот уже более месяца в зоне карабахского конфликта гибнут люди. Счет жертвам с обеих сторон идет на тысячи. А весь мир, включая Россию, ждет, когда стороны созреют для мирных переговоров. Помимо гуманитарной стороны вопроса, конфликт создает для России множество угроз — угрозу межэтническим отношениям, учитывая, что у нас проживают и армяне, и азербайджанцы, угрозу терроризма, учитывая, что в регионе появились боевики с Ближнего Востока, и так далее. Сколько еще времени можно ждать и нет ли пути по принуждению сторон к миру? Имеет ли право Россия демонстрировать неспособность разобраться с проблемами в своем регионе?

— Постигшая Закавказье трагедия является нашей общей болью. Нам далеко не безразлично то, что между двумя традиционно дружественными России народами развернулись боевые действия из-за проблемы, которую, по нашему глубокому убеждению, давно было нужно решать исключительно политико-дипломатическими средствами.

С учетом того, что с Азербайджаном и Арменией Россию связывает общая история, культура, продвинутые гуманитарные и экономические связи, проявление диктата, принуждения, использование нажимного пути с нашей стороны более чем неуместно.

Задача России как основного посредника — помочь Армении и Азербайджану выйти из горячей фазы и найти мирный способ разрешения обострившихся противоречий.

Работаем на этом направлении на всех уровнях. Президент России Владимир Путин практически в ежедневном режиме предпринимает посреднические усилия, направленные на урегулирование создавшейся ситуации. По его инициативе была достигнута договоренность о гуманитарном перемирии в конце первой декады октября. Делаем все возможное, в том числе вместе с США и Францией — партнерами по сопредседательству в минской группе ОБСЕ, чтобы эта договоренность заработала в полную силу. Параллельно предлагаем возможные варианты политического урегулирования. Рассчитываем, что в конечном итоге в Баку и Ереване возобладает конструктивный подход, боевые действия прекратятся и карабахский процесс вернется в политическое русло.

Разумеется, российские власти приняли превентивные меры для предотвращения столкновений между нашими гражданами азербайджанского и армянского происхождения на российской территории.

Нас, конечно, беспокоит интернационализация нагорно-карабахского конфликта и привлечение боевиков с Ближнего Востока. Мы неоднократно призывали внешних игроков использовать свои возможности для пресечения переброски наемников, численность которых в зоне конфликта, по имеющимся данным, уже приближается к 2 тыс. Данная тема, в частности, затрагивалась Владимиром Путиным в ходе телефонного разговора с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом 27 октября, в регулярных контактах с лидерами Азербайджана и Армении (президентом Ильхамом Алиевым и премьером Николом Пашиняном.— “Ъ”). Настойчиво продолжаем продвигать нашу позицию по различным каналам.

— В середине октября вы говорили, что сейчас главное — это немедленно начать встречаться по линии военных и согласовывать механизм контроля за прекращением огня. Удалось ли продвинуться в этом направлении? Каким может быть этот механизм? Когда он будет создан? Какую роль в нем будет играть Россия?

— Убеждены, что устойчивого перемирия сложно достигнуть без договоренностей о действенных мерах контроля.

Как показывает практика, обещания прекратить огонь, не подкрепленные контрольными механизмами, не всегда выполняются.

В Московском заявлении от 10 октября говорится о том, что конкретные параметры соблюдения прекращения огня будут согласованы дополнительно. Это довольно непростая работа. Существуют различные подходы к решению данного вопроса. Есть варианты задействования различных электронных средств контроля, горячей линии между Ереваном и Баку, наблюдателей под эгидой ОБСЕ, проведения операций с участием военных контингентов. Пока выйти на согласование всех параметров не удалось. Работа в этом направлении продолжается, в том числе в рамках сопредседательства в минской группе ОБСЕ. Главное — любой механизм должен быть приемлем сторонам и предполагать возможность скорейшего развертывания.

— Как Москва относится к предложению президентов Реджепа Тайипа Эрдогана и Ильхама Алиева создать новый формат по Нагорному Карабаху, по сути «2 на 2», где ключевыми внешними игроками будут Россия и Турция? Может ли он стать альтернативой минской группе ОБСЕ?

— Есть много предложений о переговорном формате, в том числе о его расширении, изменении и т. д. Эта тема, в частности, недавно обсуждалась в Москве на встрече министров иностранных дел России, Азербайджана и Армении (Сергея Лаврова, Джейхуна Байрамова и Зограба Мнацаканяна.— “Ъ”).

Не скрываем, что не поддерживаем позицию о возможности и допустимости военного решения этой проблемы. Рассматривая оба народа — и армянский, и азербайджанский как дружественные и братские, мы не можем разделять подобные устремления.

В пользу исключительно политического урегулирования четко высказались президенты России, США и Франции. Именно «тройка» сопредседателей является общепризнанным форматом посредничества в целях преодоления этого давнего конфликта.

В этой связи в Москве азербайджанский и армянский коллеги в принятом по итогам встречи 10 октября совместном заявлении подтвердили неизменность формата переговорного процесса.

Тем не менее мы выступаем за то, чтобы работать со всеми партнерами, в том числе соседями сторон, у которых есть возможности воздействовать на протагонистов, чтобы создать условия для выхода на развязку политико-дипломатическим путем в русле базовых принципов урегулирования, продвигаемых сопредседателями в контактах с Баку и Ереваном.

— Не стала ли Россия слишком зависима от Турции в решении региональных конфликтов — от Сирии и Ливии до Карабаха? Почему российские официальные лица — вы, президент и другие — так сдержанно, даже дружелюбно комментируют политику Анкары, зная, какую роль она играет в конфликте вокруг Нагорного Карабаха и других регионах?

— Москва и Анкара — тесные партнеры, которые способны проявлять гибкий, прагматичный подход и руководствоваться при взаимодействии друг с другом стратегическим видением.

Россия и Турция энергично работают над урегулированием кризисов в самых разных регионах. Наглядным результатом делового, предметного сотрудничества российских и турецких дипломатов, военных и спецслужб, основанного на взаимном учете интересов, остается наше взаимодействие по Сирии. Совместно с Ираном нам удалось создать наиболее жизнеспособный на сегодняшний день механизм урегулирования — астанинский формат. В проблемных зонах, таких как Идлиб и Заевфратье, налажено совместное российско-турецкое патрулирование, ведется работа по нейтрализации террористических группировок, создаются необходимые условия для возвращения на родину сирийских беженцев.

Используя имеющиеся рычаги влияния на Триполи, Тобрук и другие центры силы в Ливии, наши две страны способствуют созданию условий для преодоления затянувшегося острого кризиса и налаживанию всеобъемлющего межливийского диалога под эгидой ООН.

В случае с Нагорным Карабахом ситуация принципиально отличается, о чем я частично сказал в ответах на предыдущие вопросы. Повторюсь: никогда не скрывали и не скрываем, что не поддерживаем силовой путь урегулирования кризиса, стремимся к скорейшему прекращению боевых действий. Как сторонам, так и всем их внешним партнерам важно неукоснительно уважать договоренности о прекращении огня, создании контрольного механизма и возобновлении содержательного переговорного процесса с конкретным графиком. И хотя устойчивого перемирия достичь сразу не удалось, мы продолжим использовать все имеющееся у нас влияние в регионе, будем работать с турецкими партнерами, чтобы остановить дальнейшее раскручивание военного сценария, наладить диалог между сторонами и убедить Баку и Ереван сесть за стол переговоров.

 

Загрузка...